Период единства со всей Вселенной

 

ПЕРИОД ЕДИНСТВА РЕБЕНКА С КАРТИНОЙ СОБСТВЕННЫХ СОСТОЯНИЙ

 

Основой зарождения сознания является способность субъекта к отражению факта существования массового объекта во внешнем пространстве. Но для этого субъект должен обладать способностью к отражению факта своего собственного существования, как объекта, обладающего своим собственным телом. Для понимания процессов зарождения таких способностей вспомним закон рекапитуляции и воспользуемся сведениями о том, как это могло происходить в филогенезе, и как способность к восприятию внешнего мира, заполненного массовыми предметами, формируется у современного младенца.

 

Сначала рассмотрим, как современный ребенок начинает отражать факт своего собственного существования. Приведем пример, когда маленький ребенок при виде человека с закрытыми глазами, делает вывод, что сам ребенок не видит человека, поскольку у того закрыты глаза. Этот пример свидетельствует о том, что в процессе освоения ребенком окружающего мира есть период, когда ребенок не выделяет себя из общей картины мира. Ребенок отражает себя, как единое неразделимое целое со всем воспринимаемым миром, то есть, все, что видит ребенок, он воспринимает, как свое собственное состояние, а, следовательно, и собственное существование. Поскольку ребенок отождествляет себя со всей воспринимаемой зрением картиной, то любые воспринимаемые закрытые глаза на этой картине для него означают отсутствие его собственной способности видеть.

 

Приведенный пример восприятия человека с закрытыми глазами свидетельствует о том, что ребенок в этот период не отрывает себя от всей картины своих состояний. То есть, ребенок отражает себя, как вся эта единая картина в целом со всеми ее объектами, воспринимаемыми органами чувств и всеми структурами ребенка. При этом собственные глаза ребенка, как бы, не имеют конкретного положения на отражаемой им картине его собственных состояний.  Именно поэтому любые глаза на воспринимаемой картине ребенок воспринимает, как свой собственные.

 

И нас интересуют физические основания этих процессов. Выше мы показали, что любой массовый объект отражает свое собственное состояние, изменяющееся в зависимости от состояния материи всей Вселенной. Неживые объекты не обладают способностью отражать наличие своего собственного тела, как изолированного объекта в пространстве Вселенной. Любой массовый объект Вселенной, являясь неотъемлемой ее частью и влияя на состояние ее материи, отражает себя, как состояние, зависящее от состояния материи всей Вселенной, поэтому можно сказать, что он находится в состоянии единства со всей Вселенной. В таком же состоянии единства со всей Вселенной находятся живые организмы, не способные к отражению факта своего существования.

 

В таком же состоянии находится младенец на стадиях раннего развития. Приведенный выше пример показывает, что на стадиях раннего развития и в филогенезе, и в онтогенезе субъект не отрывает себя от фоновой картины своих состояний, то есть, для субъекта существует только картина собственных состояний, и ничего не существует, кроме этой картины. При этом субъект ощущает себя, как единое целое состояние, в котором отражаются все изменения, происходящие в окружающем мире, что и позволяет назвать этот период развития человека периодом единения со всей Вселенной. В этот период онтогенеза ребенок еще не выделяет себя из общей картины своих состояний. Есть комплексная картина, и вся эта картина отражается ребенком, как картина его собственных состояний и его собственного существования.

 

При этом состояния, как бы, сосредоточены в капсуле, в которой, практически, еще нет пространства и нет расстояний. Состояние внутренней поверхности капсулы определяется состоянием материи всей Вселенной в целом. Субъект ощущает себя, как единое целое состояние, в котором отражаются все изменения, происходящие в окружающем мире. Таким образом, мы полагаем, что сразу после рождения ребенка в его онтогенезе был период, когда весь воспринимаемый им мир отождествлялся с собственным существованием ребенка.

 

ЗАРОЖДЕНИЕ ОСОЗНАННОГО ОТРАЖЕНИЯ МИРА

 

Выше, рассматривая эволюцию процессов отражения внешнего мира субъектом, мы говорили о том, что в филогенезе сначала происходило формирование структур тонкого тела субъекта, ответственных за отражение времени. Затем началось формирование структур астрального тела, и позже начали формироваться отражающие структуры массового тела субъекта. В онтогенезе при зарождении нового человека эти процессы повторяются в перинатальный период, обеспечивая формирование всех структур и органов человека. После рождения ребенка начинается включение сформированных структур в процесс функционирования.

 

В результате этих процессов ребенок начинает познавать окружающий мир, о чем мы говорили выше. В 18 месяцев ребенок становится способным к зеркальному тесту. Напомним, что к зеркальному тесту способен не только человек. Но можно сказать однозначно, что появление способности к зеркальному тесту является необходимым этапом формирования сознания человека, поскольку ребенок начинает осознавать свое собственное существование в своем собственном теле. Поэтому способность ребенка к зеркальному тесту свидетельствует об осознанном отражении пространства ребенком в этом возрасте.

 

Поэтому однозначно можно сказать, что путь к сознанию начинается с тех шагов, которые привели к зарождению способности человека к зеркальному тесту, следовательно, сначала к отражению факта существования отдаленных массовых объектов, затем к зарождению способности к отражению факта своего собственного существования. Этапами этого пути были: выделение себя на фоновой картине в виде пятна значимости, отражение положения этого пятна на фоновой картине. В результате этих процессов ребенок сначала начинает воспринимать окружающие объекты значимости. Постепенно в функционирование включаются структуры, обеспечивающие зарождение способности человека к осознанному преобразованию внешнего мира, являющиеся основной чертой, отличающей человека от всех остальных организмов.

 

Основой такой способности является самосознание или самопознание, позволяющее человеку не только осознавать факт своего существования в собственном теле, но и способность оценивать свое личное существование, то есть, оценивать себя, как находящегося в пространстве среди других живых и неживых объектов, а также способность оценивать свое существование во времени.

 

Момент перехода восприятия пространства от бессознательного на осознаваемый уровень

 

ПЕРИОД ЕДИНСТВА КАРТИНЫ СОБСТВЕННЫХ СОСТОЯНИЙ С КАРТИНОЙ ОТРАЖАЕМОГО ВНЕШНЕГО МИРА

Для понимания физической основы способности ребенка к отражению факта своего собственного существования, вновь приведем воспоминания автора, когда в раннем детском возрасте он лежал на столе и помнит склоненную над ним маму. В этот момент ребенок отражает себя, как бы с двух точек зрения. Он воспринимает пространство комнаты, как человек, лежащий на спине, и одновременно видит себя, как бы, со стороны, как внешний наблюдатель. Мы полагаем, что такое отражение внешнего мира характерно для состояния организма на грани подсознания и сознания. В рассмотренном случае ребенок находился в состоянии, когда его восприятие пространства переходило от бессознательного на осознаваемый уровень. Это позволяет думать, что такое же восприятие внешнего мира характерно для момента перехода субъекта из состояния осознанного отражения пространства к неосознаваемому уровню отражения.

 

И вновь воспользуемся воспоминаниями автора. На этот раз мы хотим сказать о воспоминаниях отца автора, который в молодости находился на грани жизни и смерти из-за туберкулеза. Он рассказывал, что, когда ему было очень плохо, он почувствовал себя, как отлетающим от человека, лежащего на больничной койке. Как рассказывал отец автора, ему стало жалко того, лежащего молодого парня, и он решил вернуться обратно. После этого момента отец автора начал выздоравливать.

 

Позже автор встречал в литературе сведения о том, что чувствует человек во время клинической смерти. По данным интернета в результате опроса учеными из Дании, Норвегии и Германии, проведенного среди людей, переживших клиническую смерть, 53% «ощущали себя вне своего тела». Мы полагаем, что эти люди находились в таком состоянии за счет их онтогенетической памяти, в которой сохранились воспоминания о моменте зарождения осознанного отражения внешнего мира в раннем детстве. Как мы полагаем, такое состояние является памятью ребенка о том периоде, когда ребенок отождествляет себя с комплексной картиной своих состояний. В таком состоянии ребенок ощущает себя, как заполняющем собой все отражаемое им пространство. То есть, для него все отражаемое пространство есть он сам.

 

Вновь вспомним, что маленький ребенок при виде человека с закрытыми глазами, делает вывод, что сам ребенок не видит человека, поскольку у того закрыты глаза. Это свидетельствует о том, что ребенок понимает, что его собственные глаза могут находиться в любой точке комплексной картины его состояний. И это свидетельствует о том, что ребенок видит картины своих состояний из всех точек пространства собственного состояния.

 

И эта воспринимаемая картина отражается в данном случае за счет информации, поступающей на сетчатку лаза ребенка. Но, если взрослый человек видит изображение, как информацию о состоянии внешнего мира, то ребенок это изображение воспринимает, как принадлежащее его собственному достоянию. То есть, ребенок, в отличие от взрослого человека, понимает, что эта информация есть его собственное состояние. То есть, ребенок более точно отражает внешний мир, нежели взрослый человек. С возрастом такое понимание забывается, и ребенок приобретает способность переносить свои собственные состояния со своих отражающих структур на отдаленный массовый объект, то есть, начинает воспринимать мир, как обычный современный человек.

 

Приведенные данные свидетельствуют о том, что в процессе освоения ребенком окружающего мира есть период, когда ребенок не выделяет себя из общей картины мира. Ребенок отражает себя, как единое неразделимое целое со всем воспринимаемым миром, то есть, все, что видит ребенок, он воспринимает, как свое собственное состояние, а, следовательно, и собственное существование. То есть, ребенок отражает себя, как вся эта единая картина в целом со всеми ее объектами, воспринимаемыми органами чувств и всеми структурами ребенка. При этом собственные глаза ребенка, как бы, заполняют всю отражаемую им картину его собственных состояний.  Именно поэтому любые глаза на воспринимаемой картине ребенок воспринимает, как свой собственные. Поэтому любые воспринимаемые закрытые глаза на этой картине для него означают отсутствие его собственной способности видеть.

 

Мало того, мы сейчас говорим о восприятии ребенком зрительной информации. То же самое относится и к информации, поступающей на отражающие структуры ребенка и по дополнительным щелям расслоения Вселенной. Так же, как и при отражении зрительной информации, ребенок воспринимает эту информацию, как изменение своего собственного состояния. И так же, как для взрослого человека эта информация приносит сведения о состоянии внешнего мира и массовых объектов в нем, ребенок воспринимает эту информацию, как изменение своего собственного состояния. Такой характер восприятия внешнего мира является основой зарождения экстрасенсорных способностей человека за счет сохранения памяти о своих состояниях в процессе восприятия мира в раннем детском возрасте.

 

ПЕРИОД ЭФФЕКТА ВНЕШНЕГО НАБЛЮДАТЕЛЯ

 

Теперь скажем о роли контактного воздействия в этот период единства картины собственных состояний ребенка с картиной отражаемого внешнего мира.

 

В очень раннем детстве ребенок отражает присутствие мамы только в момент, когда происходит с ней контакт тела ребенка. Сам момент контакта отражается ребенком, как конкретное стрессовое воздействие, и это воздействие происходит в конкретном месте фоновой картины состояний ребенка. И в этот момент мама, как пятно важной значимости, и ребенок, как конкретное место контактного воздействия, оказываются в центре комплексной картины состояний ребенка, поскольку последняя создается за счет отражения структурами субъекта своего состояния, вызванного равномерным поступлением информации из всего окружающего пространства. При этом ребенок еще продолжает отождествлять себя со всей этой комплексной картиной, поэтому он видит себя в центре картины, но он видит себя, как наблюдатель со стороны, то есть, находясь в этот момент, как бы, вне своего тела.

 

По неизвестным нам причинам такая память сохранилась у автора, и автор не знает, сохранялась ли такая память у других людей. Но можно думать, что у каждого человека в детстве был момент перехода его отражающих структур с неосознаваемого уровня на уровень сознания. Несомненно, что этот переход сохранен в структурах каждого человека, в его банке онтогенетических знаний. Этим и объясняется способность людей в состоянии клинической смерти видеть себя вне своего тела, как и видел отец автора в критический момент его жизни.

 

Таким образом, для отражающих структур субъекта момент контакта фиксирует положение субъекта относительно фоновой картины, а, точнее, наоборот, момент контакта фиксирует положение фоновой картины относительно места бытия ребенка в данный момент времени его существования. В раннем онтогенезе ребенка было много таких моментов, но в памяти ребенка в большей степени сохраняется общая фоновая картина пространства его существования, и в малой степени, то есть, почти не отражается конкретное место его бытия. Это объясняется тем, что раннее детство ребенка обычно происходит в условиях замкнутого пространства комнаты, заполненной предметами мебели, которые обычно не меняют своего положения в комнате. Поэтому в памяти ребенка фиксируется это стабильное фоновое бытовое пространство, в котором и перемещается ребенок сначала на руках родителей. Потом ребенок начинает ползать, потом ходить, но эти свои перемещения обычно ребенком не запоминаются, что еще раз подтверждает мысль о том, что в онтогенезе ребенка сначала появляется способность воспринимать фоновую картину его состояний, а позже на этой картине появляется и место существования или место нахождения самого ребенка на этой картине.

 

ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ СПОСОБНОСТИ РЕБЕНКА К ОТРАЖЕНИЮ ФАКТА СВОЕГО СУЩЕСТВОВАНИЯ

 

Ребенок отражает себя в центре картины своих состояний

 

Как мы показали выше, в раннем онтогенезе или на рассматриваемом уровне ребенок еще не может отражать свое собственное существование, как изолированного объекта в пустом пространстве. Он продолжает отождествлять себя с картиной своих собственных состояний. В то же время в момент контактного воздействия со стороны внешнего массового объекта ребенок отражает место своего бытия в пространстве капсулы его состояний. При этом, как мы показали выше, это пятно, естественно, оказывается в центре фоновой картины состояний ребенка. То есть, в момент контактного воздействия ребенок знает место своего существования в этом пространстве. В то же время ребенок еще не отрывает себя от этого пространства и воспринимает себя, как единое целое со всей фоновой картиной своих состояний.

 

Об этом свидетельствует феномен восприятия ребенком человека с закрытыми глазами, о котором мы говорили выше.  Другим свидетельствованием такого отражения себя являются данные детской психологии о поведении ребенка во время игры в прятки. Известно, что для того, чтобы спрятаться, ребенок закрывает глаза или одевает коробку на голову. Это свидетельствует о том, что ребенок знает о своем существовании, но он еще не отражает факта существования своего тела. Поэтому он все еще продолжает отождествлять себя с фоновой картиной своих состояний. Но он уже понимает, что фоновая картина, а, следовательно, и он сам, исчезает, если закрыть глаза. То есть, ребенок, закрывая глаза, понимает, что фоновая картина в этот момент исчезает, следовательно, и исчезает он сам, как объект, тождественный с этой фоновой картиной.

 

С этой проблемой связана другая проблема, касающаяся роли глаз при отражении окружающего мира. Снова вспомним феномен восприятия ребенком человека с закрытыми глазами. Возникает вопрос, почему для ребенка так важны открытые глаза, и почему ребенок знает о существовании своих глаз и глаз воспринимаемого человека, и в то же время его не волнует наличие у него рук, которые имеют такое огромное значение в формировании осознанного отражения внешнего мира. К сожалению, нельзя объять необъятное, поэтому здесь мы сделаем только небольшое замечание. Для ребенка огромное значение имеет мама. Первое время ребенок видит, в основном, именно лицо мамы, склоненной над кроваткой или коляской, или лицо человека, держащего ребенка на руках.

 

Поэтому ребенок в раннем онтогенезе приобретает способность отражать детали лица воспринимаемого человека. Сначала это выступающий нос, очки, если они есть у воспринимаемого человека, затем глаза. Возможно, в памяти сохраняются детали, связанные с момента стрессового контактного воздействия со стороны какой-либо части тела воспринимаемого человека. То, что ребенок лучше всего знает детали лица человека, можно объяснить тем, что именно лицо он видит чаще всего. Обычно это лицо мамы, склоненной над кроваткой или коляской, или лицо человека, держащего ребенка на руках.  Кстати, читатель может и сам замечал, что малый ребенок часто хватает человека, держащего его на руках, за нос или за очки. Эти объекты ребенок видит и хочет узнать, что же это такое.

 

Поэтому можно сказать однозначно, что для ребенка наиболее известной частью тела человека является его лицо. А то, что надо закрыть глазки и спать ребенок знает на собственном опыте. Закрыл глазки, и вся фоновая картина исчезла. Но исчезла картина, воспринимаемая зрением. Напомним, что сразу после рождения у ребенка сохраняется способность отражать наличие внешних объектов за счет тех полей, которые они создают и которые отражаются ребенком. Поэтому нам надо рассмотреть проблему, как зарождалась способность ребенка отражать состояние внешнего мира, опираясь на конкретную информацию, получаемую с помощью все более включающегося в функционирование зрения ребенка.

 

ЗАРОЖДЕНИЕ СПОСОБНОСТИ К ОТРАЖЕНИЮ ФОНОВОЙ КАРТИНЫ

 

Рассмотрим, как могло происходить зарождение способности субъекта к отражению факта своего собственного существования. Приведенные выше сведения о феномене отражении ребенком человека с закрытыми глазами свидетельствует, что сначала в зарождающемся сознании ребенка появляется фоновая картина, на которой, как бы, нет места ребенку и нет места моему Я, поскольку Я везде. Не будем забывать, что в перинатальный период развитие и формирование отражающих структур ребенка происходит в условиях плодного мешка. По данным эмбриологии плод свободно плавает в плодном мешке. Это его естественное состояние. Это позволяет предположить, что пустое малое пространство отражается ребенком на более ранних стадиях филогенеза.

 

Это подтверждается ранними воспоминаниями автора, когда он лежал на столе, и над ним отражалось пустое пространство. Его мало, но оно явно пусто. Такое восприятие пространства могло быть последствием существования и развития ребенка в условиях плодного мешка. Эта память о состоянии окружающего пространства сохраняется надолго в его сознании. Это позволяет предположить, что пустое малое пространство отражалось на более ранних стадиях филогенеза, и ребенок сначала отражает пустое пространство, затем зарождается способность к отражению расстояния.

 

Отражаемая ребенком в этот период фоновая картина, грубо говоря, является самим субъектом. То есть, все, что Я воспринимаю – это есть Я. Но Я могу видеть отдельные предметы и живые существа (погремушку, висящую над ребенком, и маму, когда она кормит ребенка или осуществляет различные гигиенические процедуры.  И все это я. Сама фоновая картина – это есть я. Все на фоновой картине отражается, как сам субъект. Есть субъект, и он есть вся фоновая картина. Поэтому на этой стадии субъект отражает себя, как свое существование в виде самой фоновой картины. При этом Я – наблюдатель, и наблюдатель со всех точек фоновой картины.

 

Напомним, что «ребенок при виде человека с закрытыми глазами, делает вывод, что сам ребенок не видит человека, поскольку у того закрыты глаза. Этот пример свидетельствует о том, что ребенок не выделяет себя из общей картины мира. При этом ребенок отражает себя, как единое неразделимое целое со всем воспринимаемым миром, то есть, все, что видит ребенок, он воспринимаем, как свое собственное состояние, а, следовательно, и собственное существование. Поскольку ребенок отождествляет себя со всей воспринимаемой зрением картиной, то любые воспринимаемые закрытые глаза на этой картине для него означают отсутствие его собственной способности видеть» (3, с.). Таким образом, в раннем онтогенезе ребенок отождествляет себя с фоновой картиной, наполненной памятью его отражающих структур обо всех элементах этой картины. Но ребенок еще не отрывает себя от этой картины.

 

В качестве второго примера можно привести еще одни яркие ранние воспоминания автора. В детстве у автора был случай, когда, играя на мостках над водой, автор в раннем возрасте потерял равновесие и упал в воду с достаточно быстрым течением. То, что этот эпизод сохранился в памяти, позволяет думать, что он вызвал максимальное стрессовое состояние отражающих структур автора. Но это стрессовое состояние не сохранилось в памяти автора. Автор не помнит своих ощущений. И вообще не помнит себя в этой ситуации. Себя нет, но есть внешнее пространство. Ребенок ощущает эту картину, как данность, как нечто наблюдаемое со стороны.

 

В памяти сохранились очертания небольшого дома, в стене окно, в котором видна фигура одного или двух человек. Важно, что кто-то стоит у окна и смотрит. Память об этом моменте могла зафиксироваться в случае, если ребенок знал, что за ним наблюдают именно из этого окна, что логично для ситуации, когда мама отпускает ребенка на улицу и жестко дает указания ребенку, чтобы не делал чего-либо, поскольку я-то вижу из окна. Поэтому естественно, что в этот стрессовый момент в памяти ребенка сохранилось не собственное состояние, а сама фоновая картина. Меня нет. Есть просто фоновая картина с некоторыми конкретными деталями. Но эта картина сохранилась только за счет того, что она запомнилась в момент максимального стрессового состояния ребенка.

 

Приведенный пример свидетельствует о том, что в такие стрессовые моменты ребенок себя не видит на фоновой картине, которая отражается в его сознании, как бы со стороны внешнего наблюдателя. Это можно объяснить тем, что в этот период онтогенеза ребенок отражает внешний мир в виде комплексной картины своих состояний. При этом каждый воспринимаемый объект на этой картине отражается, как пятно конкретной значимости, то есть, как пятно конкретных состояний ребенка. Хотя пятно значимости отражается ребенком, как состояние его воспринимающих структур, но эти состояния ребенок уже относит не к себе, а к воспринимаемым отдаленным объектам. То есть, у него уже сформировалась способность переносить свои состояния на отражаемый объект. И в то же время, ребенок еще не осознает факта своего собственного существования, что и объясняет феномен отражения ребенком человека с закрытыми глазами.

 

ЗАРОЖДЕНИЕ СПОСОБНОСТИ РЕБЕНКА К ОТРАЖЕНИЮ ФАКТА СВОЕГО СУЩЕСТВОВАНИЯ

 

Отражение факта своего существования тоже начинается с момента контакта. Сначала у ребенка появилась способность отражать наличие в конкретном пятне значимости фоновой картины своих состояний (во внешнем пространстве) внешнего объекта значимости. Таким объектом значимости, прежде всего, становится мама ребенка. Образ мамы пока аморфен, но имеет для него определенную значимость, поэтому ребенок сначала способен отражать приближение мамы, затем ее перемещения в ближнем пространстве, отражая ее положение на фоновой картине своих состояний. Затем, обладая такой способностью, в момент стрессового контакта с таким объектом, ребенок приобретает возможность отражать факт своего существования в том месте фоновой картины, где находится его мама, как объект значимости. Это происходит в случае особого стрессового контактного воздействия, когда внешний объект значимости, например, мама, касается тела ребенка. При этом, как мы отмечали выше, вся фоновая картина состояний ребенка концентрируется в месте контакта касания мамы его тела.

 

В такой стрессовый момент ребенок продолжает отождествлять себя со всей фоновой картиной своих состояний, но одновременно отражает маму, как важный объект значимости, и отражает место нахождения мамы на фоновой картине его состояний. Но в момент контакта он сам находится там же, где находится и его мама. Наступает момент, когда ребенок начинает понимать, что он находится в той же точке пространства, что и его мама. Но любой субъект осознанно отражает себя всегда в центре картины своих собственных состояний, о чем мы говорили выше. Ребенок тоже еще не может оторвать себя от картины своих состояний, поэтому в такой момент стрессового воздействия со стороны известного объекта значимости ребенок отражает себя, как находящимся в центре капсулы. Поэтому ребенок видит себя, как бы со стороны, одновременно находясь вне своего тела.

 

Мы условно назвали такое отражение моментом или эффектом внешнего наблюдателя. Такие моменты отражения себя в центре фоновой картины своих состояний связаны именно с моментами стрессового контактного воздействия со стороны известного внешнего объекта значимости.

 

При этом другие внешние объекты малой значимости, внешние предметы и объекты воспринимаемой в момент контакта фоновой картины, как бы исчезают, теряют значимость, чем и объясняется серый фон фоновой картины состояний ребенка в момент такого контактного воздействия. Так происходило и с автором, который помнит момент своего очень раннего детства, когда он лежал на столе, и мама выполняла какие-то гигиенические процедуры. В памяти осталось малое пространство серой аморфной капсулы, знание о том, что ребенок лежит на столе, мама где-то очень близко над ребенком. И у ребенка в этот момент было понимание, что на столе лежит именно он. Но и стол, и мама при этом в воспоминаниях ребенка пока еще не имеют конкретного образа. Просто запомнилось, что они есть.

 

Память о первом моменте, когда ребенок стал способным отражать факт своего бытия в центре фоновой картины, воспринимая свое существование, как бы, со стороны, сохраняется в банке онтогенетической памяти человека. Мы полагаем, что эта память может всплыть в момент, когда человек находится в состоянии, как бы, обратном, процессу зарождения его сознания, то есть, в момент угасания его сознания, то есть, в состоянии, например, клинической смерти. Именно этим можно объяснить то, что люди, пережившие клиническую смерть, часто видят себя, как бы со стороны внешнего наблюдателя. Мы полагаем, что такое отражение своего бытия возможны и в случаях особых психических состояниях человека.